Оцените материал
(9 голосов)

           

    “Лучше оправдать десять виновных, 

чем обвинить одного невиновного”.

       Екатерина Великая.


В конце 2015 года в Центральном районном суде г. Челябинска рассматривалось уголовное дело, которое вызвало большой общественный резонанс не только в Челябинске, но и во многих регионах России. Судили пятерых сотрудников Управления уголовного розыска Челябинской области. Судили за «превышение служебных полномочий». 

Всё бы ничего, если бы не резали глаза факты, подтверждающие заказной характер дела и личную заинтересованность ряда участников процесса – следователя Следственного комитета России по Уральскому федеральному округу Игоря Бедерина, бывшего руководства уголовного розыска Челябинской области, бывшего сотрудника областного аппарата ФСБ Натальченко,  «абонированного» адвоката банды автоугонщиков Зайцева и криминальных авторитетов региона.

Коротко суть дела. Эта ситуация начала развиваться давно, когда количество угонов автотранспорта в Челябинской области вышло из-под контроля, а точнее, встало под  контроль ряда сотрудников областного уголовного розыска. Сколько машин и в каком районе нужно вернуть для удержания процента раскрываемости на определённом уровне –  всё решалось за деньги. Единственно верным выходом из сложившейся ситуации было полностью сменить состав отдела, занимающегося борьбой с кражами и угонами автотранспорта, что собственно и произошло в 2010 году. 

Результат не заставил долго ждать, и к концу 2012 года в регионе было ликвидировано 27 ОПГ, занимавшихся автоугонами. Преступники, лишенные «финансового сотрудничества» со стороны работников областного Главка, разводили руками. После задержания банды Шумилова, которой вменили более 10 эпизодов угона машин, в регионе, по негласным сведениям, осталась одна  группировка некоего Килиевича, занимающаяся угоном автомобилей.

В конце 2012 года в областной уголовный розыск поступила информация о том, что банда Килиевича приобрела дорогостоящее (как выяснили позднее – стоимостью более 3-х млн. рублей) оборудование для угона автомобилей немецких марок и готовит для этого специалиста. Подтверждение не заставило долго себя ждать. 11 января 2013 года на месте преступления сотрудниками полиции был задержан гражданин Малов А.И., пытавшийся совершить угон автомобиля BMW X5. Угонщик в присутствии адвоката, под давлением неопровержимых улик, написал явку с повинной и признался в содеянном, пообещав адвокату, что если его не «закроют» на время следствия, он угонит ещё одну машину и расплатится с юристом. 

Однако после вступления в дело «абонированного» адвоката Зайцева Малов отказался от ранее данных показаний  и заявил, что они сотрудниками полиции «выбиты». 

В ходе проводимых Челябинским следственным комитетом в течение 8 месяцев проверок, в отношении оперативников было вынесено три обоснованных и законных отказа в возбуждении уголовных дел, в которых также указывалось на наличие многочисленных фактов, подтверждающих виновность автоугонщика в совершении покушения на кражу автомобилей и непричастность сотрудников уголовного розыска к «нанесению» сфабрикованных «побоев».

Все материалы о «побоях» Малова, по его жалобе, в начале июля 2013 года были истребованы в СУСК России по УРФО, поступили к следователю И.Ю. Бедерину, который 08.08.2013 г. в отношении сотрудников Управления уголовного розыска ГУВД России по Челябинской области возбудил уголовное дело, обвинив их в превышении должностных полномочий нанесением побоев гр. Малову.

В грамотности и опыте следователя Бедерина И.Ю. сомневаться не приходится. Ведь именно он расследовал и направил в суд громкое дело о беспорядках на фестивале «Торнадо», за что получил внеочередное звание подполковника юстиции.

Обращает на себя внимание то, что все фигуранты большого уголовного дела против оперативников Челябинского уголовного розыска встречались ранее в различных статусах в резонансном уголовном деле о «Торнадо». Бедерин вёл дело, сотрудник ФСБ по Челябинской области Натальченко осуществлял оперативное сопровождение этого уголовного дела, Зайцев являлся защитником некоторых обвиняемых по делу, Килиевич выступал в качестве свидетеля. Впоследствии Натальченко за активное участие в ОПГ, из органов ФСБ уволен и привлечён к уголовной ответственности, Зайцев привлечён к ответственности по линии адвокатского сообщества.

В деле имеются многочисленные факты, которые очень трудно трактовать в пользу объективности, бескорыстия и процессуального профессионализма. Вот некоторые примеры, подтверждающие это:

Следователь подтвердил факт того, что просьба о необходимости возбуждения уголовного дела изначально поступила к нему от сотрудника ФСБ Натальченко, а также подтвердил иные факты заинтересованности всех перечисленных персон.

Натальченко в своём заявлении, подписанном в присутствии адвоката, указал, что это он рекомендовал адвокату Зайцеву обратиться к Бедерину, который приезжал к нему и просил заняться оперативным сопровождением дела в отношении сотрудников полиции.

Следователь, расследуя преступление по причинению телесных повреждений Малову, помогает “свидетелю” по этому делу Зайцеву осуществлять функции защиты по делу о краже автомобиля, в котором Малов является подсудимым (осуждён). Он предоставляет Зайцеву материалы доследственной проверки для приобщения в суде, именно те материалы, в получении которых он отказывает стороне защиты.

Бедерин во всеуслышание обещает найти “кучу эпизодов” и сделать дело резонансным. С этой целью он поднимает все отказные материалы в отношении сотрудников и руководителей полиции, пытается опровергнуть законность давно принятых решений и привязать к этому руководство УУР и ГУВД области. Он неоднократно и в неприкрытой форме предлагает обвинённым Кольцову и Бугаеву и их адвокатам изменить меру пресечения за показания хотя бы по одному случаю незаконных действий любого из руководителей областного Главка, а за второй эпизод гарантирует переквалификацию из статуса обвиняемого в статус свидетеля. В судебном заседании, в присутствии прокурора он подтверждает непричастность арестованных Кольцова и Бугаева к совершению преступлений, однако свидетелями готов их сделать только при выполнении вышеуказанных условий. В подтверждение – ситуация с обвинённым оперативником Кольцовым, которая произошла в коридоре СИЗО № 1 г. Челябинска. В его присутствии заключённые разговаривали о том, что следователь просил дать показания на какого-то опера Кольцова, за что он может "скостить" срок. Они даже не подозревали, что Кольцов стоит рядом, так как никогда его не видели. 

23.10.2013 г. в ходе проведения очных ставок была установлена полная непричастность Кольцова Д.И. и Бугаева М.А. к нанесению телесных повреждений Малову, а, следовательно, и к совершению преступления. Это подтверждается не только показаниями “потерпевших”, но и другими доказательствами. В ходе очной ставки проводилась видеофиксация,  и этот факт задокументирован. На видео чётко зафиксированы вопросительные взгляды потерпевшего и попытки следователя кивками и подмигиваниями подсказывать ответы на  “неудобные” вопросы.

После очной ставки следователь резко принимает решение предупредить всех участников, включая самих обвиняемых, о неразглашении тайны следствия, без объяснения мотивов и конкретизации сведений, не подлежащих разглашению. На жалобу по поводу незаконности отбирания подписки о неразглашении тайны следствия у обвиняемого, несмотря на подробнейшее разъяснение Конституционного суда и УПК РФ, следователь, даже не осознавая полнейшей незаконности своих действий, отвечает отказом.

На 12.11.2013 г. в Свердловском областном суде было назначено судебное заседание о рассмотрении апелляционной жалобы по факту продления срока содержания под стражей Бугаева М.А. Однако, заседание по объективным причинам не состоялось. По просьбе адвоката ему была предоставлена возможность ознакомиться с судебными материалами о продлении срока. В этих материалах лежало полностью готовое распечатанное решение – “Оставить меру пресечения без изменений”. 

В решении уже были изложены доводы и позиции всех участников процесса. Судье Боровковой был заявлен отвод. Судья признала, что решение действительно было подготовлено заранее, однако посоветовавшись, продолжала вести заседание. Здесь же она заявила, что вопрос о непричастности обвиняемого Бугаева М.А. к совершению преступления в судебном заседании рассматриваться не будет. В таком же порядке рассматривался вопрос о продлении срока содержания под стражей 

Кольцова Д.И., несмотря на заявление присутствующего на заседании прокурора об отсутствии оснований для продления срока содержания под стражей и его просьбу об изменении меры пресечения. 

6 ноября 2015 года в суде Центрального района г. Челябинска после окончания судебного следствия, перед прениями сторон, прокуроры Челябинской областной прокуратуры и Уральского ФО отказались от поддержания обвинения.

10 ноября того же года судья Центрального района г. Челябинска Маркова вынесла решение о прекращении уголовного дела и уголовного преследования. Решение судьи было встречено аплодисментами многочисленных присутствующих в зале суда.

25 декабря 2015 года решение суда первой инстанции вступило в силу.

С момента возбуждения до отказа прокуроров от обвинения дело длилось 2 года и 7 месяцев. Попранные честь и достоинство сотрудников уголовного розыска восстановлены, хотя им нанесены глубокие неизгладимые моральные раны.

Успех борьбы добра со злом, борьбы за справедливость пришёл не сам по себе, а в результате упорных и настойчивых усилий близких, товарищей, сослуживцев и вообще многих неравнодушных людей. Особую роль в этом деле сыграл коллектив сослуживцев арестованных. Это они первыми ринулись на защиту униженных товарищей, это они первыми оказывали на протяжении почти трёх лет моральную и материальную помощь попавшим в беду товарищам, это они делегировали своего представителя за защитой и справедливостью в Москву. Честь и хвала им!

Главная нагрузка, естественно, легла на плечи адвокатов по делу. Именно их высокопрофессиональная юридическая база знаний, умение применять эти знания на практике, коммуникабельность и целеустремлённость привели, в конечном счете, к успеху.

Не остались в стороне местные и Центральные СМИ. За всё время следствия в корзину справедливости было брошено около сотни публикаций, радио и телевизионных передач, выступлений в коллективах в поддержку правды. Только на страницах газеты “Московский комсомолец” дважды, 10.04.2014 г. и 10.11.2015 г., Александром Хинштейном были опубликованы очерки “Дело о двух синяках” и “Конец дела о двух синяках”. Им принимались и другие меры, способствующие восстановлению истины.

Этой же теме были посвящены три телепередачи Андрея Караулова “Момент истины”.

Немаловажную положительную роль в защите попранных прав сотрудников сыграл бывший начальник ГУУР МВД России Михаил Александрович Никитин. Это он, умудрённый жизненным опытом, правовыми знаниями и профессионализмом, вселял оптимизм в ветеранов, адвокатов сотрудников УУР и в других, заинтересованных в восстановлении справедливости. Он использовал при этом все свои возможности, низкий поклон ему.

Не безучастными к этому делу были и депутаты Государственной Думы, такие как Александр Хинштейн, Валерий Гартунг, Андрей Караулов и другие. Они по этому делу взаимодействовали с Генеральной прокуратурой России, СК РФ и т.д.

Определённую лепту в дело защиты чести и достоинства оперативных сотрудников внесла и ветеранская организация Главного управления уголовного розыска МВД России. Именно к ней обратились за помощью представители уголовного розыска Челябинской области. Именно ветеранская организация ГУУР, совместно с общественной организацией “Офицеры России” оказали, хотя и небольшую (50 тыс. рублей), материальную помощь пострадавшим от произвола потерпевшим. Именно они подобрали и направили в Челябинск квалифицированных адвокатов. 

И в ветеранскую организацию ГУУР приезжали на консультацию представители руководства ГУ МВД России по Челябинской области.

На протяжении всего периода ведения уголовного дела ветераны оказывали психологическую помощь и консультации Челябинским товарищам, были в постоянном контакте с руководством Управления уголовного розыска Челябинска и адвокатами по делу.

Казалось бы, справедливость и правда восторжествовали, честь и достоинство сотрудников восстановлены.

Однако, при последующем анализе событий этого дела остаётся горький осадок, возникает много конкретных вопросов, на которые нет ответа.

Во-первых, понесли и понесут ли уголовную или иную ответственность те лица, которые осознанно и умышленно совершили противоправные деяния по этому делу, нанеся моральный и материальный ущерб сотрудникам и службе уголовного розыска? В частности, следователь СК Бедерин и судья Свердловского областного суда Боровкова? И как может она осуществлять правосудие? Не верится, что судья такого ранга творила такое беззаконие из-за незнания правовых норм. Здесь прослеживается прямая её заинтересованность. В чём? Вопрос остаётся открытым, также как и вопрос о том, где были руководители СК, “контролирующие” деятельность Бедерина?  Понёс ли кто-либо ответственность за такой, с позволения сказать, “контроль”?

Во-вторых, понёс ли наказание за клевету и обвинения в адрес сотрудников полиции Малов?

В-третьих, за счёт каких финансовых средств оплачены все судебные, адвокатские и комиссионные расходы по делу, за счёт налогоплательщиков или виновных лиц? Было бы справедливо взыскать все расходы за счёт лиц, осознанно и умышленно пытавшихся привлечь к уголовной ответственности невиновных.

В-четвёртых, в стране нет единой надзорной структуры для контроля за исполнением законов. До относительно недавнего времени таким органом являлась прокуратура и она, прокуратура, со своими обязанностями, на мой взгляд, справлялась неплохо. Однако Ф.З. от 8 июля 2007 года функции прокуратуры на предварительном расследовании существенно сужены. Создан федеральный Следственный комитет. По сути, прокуратура лишилась права контролировать ход расследования по делам, подследственным этому Комитету. Прокурор же лишился права на возбуждение уголовных дел, подследственных СК, но по закону осуществляет функцию уголовного преследования. Значит, ход расследования прокурор не контролирует, а обвинительное заключение, без знания нюансов дела, должен утверждать, присутствовать в процессе принятия решения об избрании меры пресечения, выступать в качестве государственного обвинителя на судебном процессе. Парадокс! Это что, сделано для дополнительных мер защиты прав личности? Да и прокуратура практически в пикантном положении.

По Челябинскому делу поступок прокуроров, принявших решение об отказе от обвинения, вызывает только восхищение.

На мой взгляд, прокуратура должна оставаться “оком государевым” для всех структур государства, без каких-либо исключений.

В-пятых, создан Следственный Комитет Российской Федерации и действует почти 10 лет, а каков результат его деятельности? Что изменилось? Изменилось только одно. Пачками стали возбуждать уголовные дела против сотрудников полиции. Даже создали специальное подразделение для борьбы с преступностью в органах внутренних дел. Зачем? Ведь уже есть структура в Прокуратуре РФ, надзирающая за ОВД. Априори подозревать всю систему ОВД преступной, по моему убеждению, глупо! В подтверждение к вышесказанному. В 2012 году, на Международном семинаре руководителей ветеранских организаций служб уголовного розыска России и стран СНГ, председатель ветеранской организации одного из регионов рассказал о своей беседе со следователем следственного комитета своего региона. Ему был задан вопрос, почему возбуждается так много уголовных дел против сотрудников полиции? А тот ответил, что Москва “прессует” за то, что очень мало возбуждается уголовных дел против сотрудников полиции. Невольно напрашивается мысль – нет ли здесь стремления высасывать резонансные дела из пальцев?

Ни для кого не секрет, что подозреваемые лица, уличаемые в совершении преступлений, пытаются всеми путями и средствами уйти от наказания. Одним из этих способов, невольно подсказанных криминальными сериалами телевидения, является оговор сотрудников полиции в “выбивании” показаний. В связи с этим возникают два вопроса.

Почему в нашей правоохранительной системе показания полицейских воспринимаются в последнюю очередь? Сколько преступников следователи изобличили и привлекли к уголовной ответственности за клевету на сотрудников полиции? Я думаю – мизер!

Как объяснить ответ СК на заявление адвокатов о привлечении виновных по делу лиц к уголовной ответственности? Ответ – “государственная тайна”! И всё?!

Почему в Челябинске победили правда, справедливость? Да потому, что по делу работали квалифицированные, настойчивые и дотошные адвокаты, к этому делу было привлечено внимание СМИ и общественности. Потому что на защиту справедливости встали депутаты Государственной Думы.

А сколько дел по стране, подобных челябинскому, но с печальным исходом? Масса! Они требуют тщательного изучения и анализа. Ветераны полиции готовы взяться за эту работу по защите чести и достоинства сотрудников полиции. У них богатый потенциал, среди них много квалифицированных юристов, есть жизненный опыт в этой области. Есть большая армия адвокатов. Нужны только воля и разрешение соответствующих инстанций.

И последнее. Для установления объективности в Уральский регион  выезжали сотрудники Главного управления собственной безопасности МВД России. Каков результат? Почему их позитивного следа по этому делу нет? Что, они ездили туда в бане мыться или чай пить? Надо было бы все расходы на поездку отнести за их счёт. Это – на решение их руководства. 

Один из реабилитированных сотрудников уголовного розыска после освобождения, за раскрытие тяжкого преступления и задержание особо опасного преступника, представлен к государственной награде, другой               –  принят на учёбу в Академию управления МВД России.


Заслуженный работник МВД СССР,

воин – интернационалист, 

Почётный председатель ветеранской

организации Главного управления

уголовного розыска МВД России,

полковник милиции в отставке                                                 Н.Ф. Исаев


18 июля 2016 года



Прочитано 389 раз Последнее изменение Понедельник, 29 Август 2016 12:01
Другие материалы в этой категории: Свеча памяти. Ноябрь 2016. »